Процесс непреложный и законченный в своих формах и результатах

В августе 1926 года я был во Враньячкой Бане, когда узнал, что там одна женщина уже за 60 лет возрастом голодает – и хотела бы есть, да не может, страшно сказать, – более 100 дней! Я просил у мужа ея д-ра Венцеслава Ст-ла позволения осмотреть больную. Он разрешил. Я нашел лежащей в постели крепкую на вид старушку. Черные волосы у нея были только с проседью. По лицу и по телу, насколько плечи были видны из под одеяла, она даже не выгладела очень похудевшей.

Как мне сказали, причина ея голодания была такая: у нея умер сын. Она захотела убить себя и для того перестала есть. Смерть к ней однако не пришла, но… у нея сам собой открылся указываемый мной процесс глубокаго очищения изнутри. Через 20 дней муж и сестры уговорили ее отказатьтя от своего решения. Она стала есть, но больше одной чашки молока в день желудок не принимал, тотчас выбрасывая все припадком рвоты. И эта борьба с процессом своего собственнаго тела продолжалась у нея уже 84 дня до того дня, как я больную видел. С 20 днями начала это составляло уже 104 дня почти полнаго голодания, ибо чашка молока в день конечно не питание для взрослаго человека! Передо мной была явно больная, безсильная против охватившей и держащей ее в своей власти силы, которая упрямо преграждала доступ пище в организм. В евангельския времена такую больную назвали бы «одержимой».

– Есть ли у вас желание к еде? – спросил я больную.

– Нет!

Я сказал мужу:

– Такое состояние долго продолжаться безнаказанно не может, организм истощит все свои силы и произойдет катастрофа. Так или иначе надо прервать состояние больной. Можете ли вы это сделать? Есть ли у вас к тому средства?

– Нет, – отвечал доктор – мы сделали и делаем все, чтобы заставить ее есть.

Две сестры больной, присутствовавшия тут же, ответили то же.

Я сказал:

– Тогда я предложу свое мнение: надо подчиниться желанию больной. Она не хочет есть и – пусть не ест! Белый выпот на языке отравляет ей вкусовые нервы, расположенные на поверхности языка и убивает аппетит. Выпот этот – та чашка молока, которую она выпила вчера. Каждая чашка молока отстраняет аппетит на день – и каждое утро больная должна пить эту чашку молока! Так аппетит никогда не может придти! Вместе с тем чашка молока в день – конечно не питание. Это медленное изнурение без возможности вырваться из под него. Уже 84 дня больная находится между жизнью и смертью. Сил на долго еще быть у нея не может. Исполните желание больной – дайте ей не пить молока вовсе и я ручаюсь, что через 5-6 дней язык у нея очистится, явится аппетит и она будет спасена. Я отвечаю, что на эти 5-6 дней сил у больной довольно. Согласны вы на это? – спросил я у больной.

– Согласна, – ответила она.

– А вы? – спросил я мужа.

Он был в нерешительности, и стал объяснять мне, на что надеется он. В конце концов он надеялся на природу.

– Но согласны ли вы не уговаривать больную есть и оставить ее без всякой пищи, пока она сама не попросит?!

Доктор обернулся к сестрам, – те вышли из комнаты, очевидно не соглашаясь подвергать сестру голоданию, когда ей надо только есть и она будет спасена! А есть – так просто! Ведь чашку молока она все-таки уже пьет!

Я увидел, что больная приговорена общим неведением того, что происходит, и – ушел.

Через две недели я узнал, что больная умерла, так и не выпив ни разу второй чашки молока в день.

Организм ея, организм женщины около 70 лет, не мог дать сил достаточных, чтобы преодолеть инерцию начавшаяся в ней и вошедшаго уже в полную силу органическаго процесса. Кто знает какия осложнения внутри стали непосредственной причиной смерти – вероятнее всего – маразм, общее падение жизненных сил и – паралич сердца, который в этом положении мог быть вызван и пустяком.

____

Американская полиция: Михаил отвечает на вопросы, часть 3


Читать еще…

Понравилась статья? Поделиться с друзьями: