Октября 1969 года

Уже несколько часов, как я на земле польской. Стоим на пограничной станции, и ещё два-три часа простоим. Молодой шустрый поляк уже играет в нашем вагоне в дурака. Подошёл к вагону, угощал яблоками веселил народ.

Мальчишки бегают и стреляют сигареты. Тут и поляки, и белорусы, и прочие. В киоске, через два состава, продают пиво. Мурка, как я понял, уже достал злотых, но тут и от наших денег не откажутся, а с сигаретами можно проводить весьма выгодные операции. Тот случай, когда обе стороны выигрывают, и немного проигрывает одна и стран.

Молодого поляка пришлось проводить – начальство увидело. Поляк постарше прогнал его, а сам про сигареты всё выспрашивает. Всё в порядке вещей. С сигаретами поляки замучили. На протяжении всего пути следования выстраивались вдоль ж. д. полотна и жестами, имитируя затяжку, просили курить. У полотна стояли все: и мужики, и женщины, и дети. Мы же, по доброте своей, практически лишились своих табачных запасов.

Помню, что записывал про Мурку, но не нашёл записей. Если записи найдутся, эту вставку уберу. Мурка у нас побежал за пивом и почти-что отстал от состава, еле успел запрыгнуть на последнюю платформу. И мы до следующей остановки переволновались, и он на открытой платформе продрог. Потом он и два офицера зашли в наш вагон, залезли на верхнюю полку и выпили водки, и меня позвали:

— Старшина! Иди к нам. Чего уж там! Ты службу, считай закончил.

Ночь (перед всем этим) у нас прошла тяжёлая. В Бресте сильнейший, холоднющий ветер, временами дождь. Перегружались на европейскую колею. Платформы подали немецкие. Должен сказать, что, супротив наших, они куда аккуратнее выполнены. Машины свободно проходят по составу, торцевые борта крепкие, не надо никаких мостков.

Сам вагон (для людей) поменьше нашего, печка одна. С торцов по три иллюминатора, я как раз под одним из них лежу. Можно, лёжа, читать, и обозрение хорошее. Всякая мелочь здесь на своём месте, всё закреплено, — одним словом, добротно сделано. Станция очень отлична от наших своей чистотой. А ведь это товарная станция. Наш истопник в тоске пытается найти лишнюю доску, но, как видно, лишнего здесь нет. Всё это заслуга поляков. Обо всё этом я уже слышал, а сейчас констатирую как собственными глазами увиденное.

Саму перегрузку долго ждали. В теплушки расселись уже затемно. Толком не спали, потому что ожидали пограничников и их проверки. Я раз пять придрёмывал, и всё будили, и всё ложно.

Проверять состав начали аж в четыре часа утра (по московскому времени). Время здесь среднеевропейское, на два часа отстаёт от московского. Начали с проверки техники. Нам долго пришлось стоять на улице. Ветер злющий. Намёрзлись.

Легли в седьмом часу. Теперь вот, проехав несколько километров через границу, стоим.

По Союзу ехал – ничего не видел. Всё больше спал, да и интереса не проявлял. Пейзаж один – унылый осенний кустарник с перелесками. Людей мало. Широка Россия, рожать и рожать ещё надо, чтобы заселить её.

Большие города на ночь как-то нам приходились.

Завтра у Вали день рождения. Как там милый мой человек.

ДЕНЬ В ИСТОРИИ — 29 ОКТЯБРЯ: ПЕРЕДАЧА ДАННЫХ


Читать еще…

Понравилась статья? Поделиться с друзьями: