Непристойные манеры 2 страница

он испытал невиданное чувство облегчения и свободы. Он понимал теперь

рыцарей прошлых эпох, они, готовясь к решающему сражению, порывали с

близкими и друзьями и совершали очистительные обряды, дабы воцарились в душе

мир и покой.

На мгновение он устыдился того, что презирает этих варваров-задир за

недостаток цивилизованности. Он понимал: не их вина, что они пока еще столь

примитивные существа, и все же не мог избавиться от некой аристократической

брезгливости по отношению к низшим. Черта, весьма распространенная среди

дружественных ему Умов.

Его новое я оживет в матрице нового корабля. Охваченный порывом

самопожертвования, он захотел было передать кораблю и это новое состояние

рассудка, успеть заменить то, что уже было отослано, переписать программу

себя, но тут же оставил эту затею. Напрасная трата времени. Ничто не

должно нарушить спокойствие, овладев им. Так поэт не решается запечатлеть на

бумаге явившееся ему Откровение — опасаясь, что суетливое записывание

разрушит величие момента, внесет и сумбур в ощущения… Нет, он, жертва

чести, будет вкушать это высокое чувство, словно изысканное лакомство.

Военный корабль осмотрел свои внутренние системы. Медлить означало

обманывать себя. Он развернулся и, прежде чем двинуться с места, бросил

взгляд на пройденный путь: след, оставленный им на ткани Реальности — в

прямом и переносном смысле. Включив двигатели, он начал медленно набирать

ускорение. Он нес гибель и разрушение, он усеял за собой космос ловушками и

гиперпространственными ракетами, как засевали в старину минами бескрайние

водные просторы. Эти штуковины сильно замедлят продвижение выступившей в

направлении Эксцессии эскадры, а, если повезет, то и уничтожат несколько

кораблей.

Он летел теперь навстречу своей гибели, счет шел на часы, — свету,

чтобы пройти такое же расстояние, понадобились бы десятилетия. Он готовился

к грандиозному жертвоприношению.

Он уже чувствовал эскадру впереди, яркую, словно пригоршню сверкающих

комет. Корабли четырьмя роями золотистых пчел двигались ему навстречу.

На Подачке хранилось триста восемьдесят четыре корабля. Четыре лавины,

если каждая была размером с первую. Где бы он расположился, если бы встал в

строй?

Где-нибудь неподалеку от центра третьего роя.

Какую позицию выбрало бы командное судно? На внешнем краю, где-нибудь в

середине, сзади? Или же оно будет идти в стороне, отдельно от основных

колонн?

Надо решить.

Он зашел высокой петлей через четырехмерный круг подпространства, шаря

сенсорами и приготовив орудийные системы к запуску.

Похоже, его до сих пор так никто так и не обнаружил. Пьянящее чувство

превосходства над всем миром охватило его Ум. Он еще никогда не чувствовал

себя столь великолепно. Скоро, очень скоро он должен погибнуть, но это будет

славная смерть, и слава достанется новорожденному кораблю вместе с его

памятью и личностью, отданными Пристрелим Их Позже. И Убивающий ринулся

на третью колонну кораблей, как хищник на стадо.

\


Читать еще…

Понравилась статья? Поделиться с друзьями: