Я вижу мертвецов

Субботним утром я пересматриваю видео-сообщение от Люка три раза. Мне хочется смеяться от того, как он нервничает и как ему неудобно перед камерой. Такое его поведение вроде как очаровательно.

Но, по большей части, я пересматриваю его потому, что не могу до конца разобраться, что же он имел в виду, говоря, что тем вечером хорошо повеселился и все это благодаря мне.

Имел ли он в виду, что хорошо провел время, доставляя со мной цветы, и был благодарен за это? Или же он отлично повеселился на свидании и благодарен за то, что я помогла к нему подготовиться? Почему мужчины должны быть столь чертовски уклончивыми? Почему они просто не могут взять и сказать, что, черт возьми, у них на уме и перестать скрывать свои эмоции за неопределенными заявлениями, которые невозможно расшифровать?

Пофиг. Да и в любом случае, неважно, что он там хотел этим сказать.

Я закрываю ноутбук и направляюсь вниз на кухню завтракать. Шеф приготовил мое любимое блюдо: «яйца Бенедикта»[36] с вегетарианским канадским беконом. Я беру тарелку и иду есть на свое обычное место у кухонной стойки.

Горацио терпеть не может, когда я ем за стойкой. Он предпочитает, чтобы я ела в столовой, и именно поэтому каждое утро накрывает там для меня место за столом. С эдаким тонким намеком. Но я редко признаю подобный жест. С тех пор, как Купер вступил в Корпус Мира, обычно в доме к завтраку остаюсь только я, и я вовсе не собираюсь сидеть в одиночестве за огромным столом на двенадцать персон.

Это угнетает.

К тому же мне нравится сидеть за стойкой, потому что тогда я могу смотреть телевизор с плоским экраном, что встроен на кухне. В столовой нет телевизора. Это не по фэн-шую.

Но сегодня, беря из ящика столовое серебро, я замечаю, что Горацио накрыл для меня место за кухонной стойкой. Причем с подставкой под тарелку, умело сложенной салфеткой и столовыми приборами. И прямо рядом с ними он поставил тонкую хрустальную вазу с одной розовой розой.

Я сразу же узнаю в ней ту розу, что прошлым вечером Люк вырвал из букета. Должно быть, я оставила ее на кухонной стойке, когда добралась домой.

И хотя жест Горацио трогает меня, я не могу не задаваться вопросом, что случилось с остальными розами в том букете. На чьем кухонном столе они сейчас стоят? Какой была реакция, когда их дарили? Они заслужили объятий? Поцелуя? Больше, чем поцелуя?

Нет. Определенно, нет.

Как по мне, Люк не кажется одним из тех парней, которые делают подобные вещи на первом свидании. Он слишком… даже не знаю… порядочный.

Но, несмотря на мои убеждения, я понимаю, что все-таки резко достаю свой телефон и перепроверяю время отправленного им вчера видео: 22:10. Всего два часа спустя после того, как он уехал из «Цветочного магазина Морти».

— Ха! — громко выкрикиваю я, заставляя Шефа Клемента обернуться от своего места для готовки и посмотреть на меня забавным взглядом.

Я зарываюсь с головой в телефон, пряча невольную улыбку за его экраном.

Спустя два часа, да?

Наверное, его свидание было действительно ошеломительным.

Шестое чувство (я вижу мертвецов….)


Читать еще…

Понравилась статья? Поделиться с друзьями: