Добро пожаловать на землю!

— Ты пропустил фильм… — Ленка лежала на спине и, кажется, смотрела в потолок. В темноте я не видел, но судя по монотонному голосу, ни в какое другое место она смотреть не могла. Так говорят только с потолками.

— Какой? — Я всё вертел в мозгу разговор с Лилей о счастье. Почему прикованный пожизненно к кровати получеловек счастлив? А миллионы других с руками, ногами, работой, семьями — несчастны. Неужели…

— Там где ты играл майора Давыденкова. Я так хотела посмотреть его вместе с тобой.

— Ой, да! — Я хлопнул себя ладонью по дурной башке. Действительно, сегодня вечером по центральному телевиденью прокатили одну из культовых киноподелок с моим участием. Почему—то Ленка очень ждала этого. Ну, наверно, как родители ждут детсадовского утренника, на котором их сопливое чадо должно прочитать стишок. Они волнуются куда сильнее самого дитя, шевелят губами синхронно с ним зазубренный вместе текст и издают вздох облегчения, когда отпрыск заканчивает выступление. С их плеч сваливается многотонная гора — У—У—Уххх — и лицо озаряет такая гордость, точно детеныш получил Нобелевскую премию. Родители пренебрежительно, сверху—вниз осматривают других папашей и мамашей, чьи детки ещё не отстрелялись, и непомерная, одурманивающая гордость застывает на их лицах. Что—то подобное испытывала и Ленка, смотря фильмы, где появлялась моя, когда—то вполне благополучная, рожа. — Прости, Ленок, я совсем забыл!

Мне было совестно.

— А я, дура, шампанского купила… — Ленка всхлипнула и отвернувшись, съёжилась в тугой комочек. — Ты же обещал, что весь вечер мы будем только вдвоём.

— Лен… —внутри у меня было горько—кисло. Захотелось даже пустить слезу. Сам не знаю почему. Я обхватил клубок с выпирающими лопатками и прижал к груди. Да что же я за скотина такая!

— Платье купила…

Жена продолжала меня добивать.

— Ну, прости! Завтра, я клянусь! Я возьму в прокате кассеты, какие захочешь. Я тебе слово даю!

— Правда? — Она повернула ко мне влажное от слёз лицо. По набрякшим векам я понял, что она проплакала весь вечер. А я был всего—то в десяти шагах от неё. В соседней комнате. И всё же… Так далеко.

\


Читать еще…

Понравилась статья? Поделиться с друзьями: