Часть 1 когти гризли 10 страница

— Перелазьте!

Но она не ответила. Вместо этого она открыла стеклянную дверь, и тут же несколько воскресших бросились на неё и вцепились в неё зубами. Женщина взвыла от боли. Олемэйс не мог на это смотреть и отвернулся.

Ребёнок вдруг заплакал, словно бы понимал, что теперь никогда не увидит свою мать. Олемэйс достал из-за пазухи морковку, что осталась после предыдущего ужина (как хорошо было бы сейчас быть в Тарсиге вместе с Диррой!) и всунул в ладошки ребёнку. Тот пожмякал овощ, а потом начал грызть. Олемэйс не понял, девочка ли это или мальчик, но он осознавал, что должен выполнить обещание. Теперь надо спасти из этого ада не только себя и Дирру, но и это чадо.

Олемэйс вернулся на первый этаж. Ребёнка он держал в руках. Солдаты недоумённо посмотрели на юношу, а хозяин дома, гремевший посудой и намеревавшийся, видимо, устроить последний пир перед смертью, сказал:

Его мать была хорошей женщиной. Его зовут Сиегори. Его отец работал в поле. Я знал этого человека…. Жаль, что Сиегори, как мы, погибнет. А он мог бы прожить длинную жизнь! Особенно жаль, когда умирает ребёнок. Это мы, взрослые дядьки, уже пожили со своё!

— Значит, ты Сиегори, — сказал Олемэйс и посмотрел в глаза ребёнку. – Не переживай, я вытяну нас из этой заварушки.

Хозяин пошёл в погреб, а вернулся оттуда, держа ящик с вином. Он сказал, зазывая солдат за стол:

— Ювфлигий отвернулся от нас! Так выпьем же за то, чтобы умереть как мужчины!

Олемэйс не присоединился к застолью. Он единственный из всех солдат стоял возле дверей, словно бы что-то предчувствуя. Ему казалось, что должен, просто обязан найтись выход из положения.

— А куда выходит канализационные трубы? – спросил он у хозяина дома.

— Отсюда в них вы не попадёте, — ответил тот, обильно заливая в себя винище. – Но в соседнем доме, в котором жил строитель, старина Еволгин, есть ход туда. Говорят, он там прятал деньги. Никто не проверял, так как он был немножко сумасшедшим.

Олемэйс посмотрел в окно. До соседнего дома было шагов пятьдесят. Очень опасно туда идти, тем более имея ребёнка на руках. Олемэйс заметил, что в дом, всё же, можно проникнуть незаметно для воскресших, если пойти окольным путём – дорогой, усеянной кустами и деревьями. Вроде бы, там пока тихо.

— Есть смельчаки со мной пойти? – спросил Олемэйс в голос.

— Не, старина, — протянул кто-то. – Я лично лучше напьюсь. Так будет легче умирать.

Олемэйс понял, что моральное состояние солдат в упадке. Те таскали бутыли с ящика только так. Хозяин только что отправился за добавкой.

— Прощайте, ребята! – крикнул он, а сам пошёл, взявши ребёнка с собой, к заднему выходу.

— Закроете за мной! – сказал Олемэйс двум парням, что пока что оставались в стороне от попойки.

— Старина, ты правда идёшь на смерть сейчас, когда начинается самое веселье? – спросил у него командир отряда, который уже не исполнял свои обязанности, так как исход сражения был ясен даже самому зелёному юнцу среди них.

— Ради матери Сиегори я обязан его спасти, — ответил Олемэйс.- Прощайте, командир.

Они обнялись. Командир похлопал юношу по плечу. Олемэйс дёрнул на себя двери, шагнул в пустоту, и тут же услышал, как створки закрываются.

КОГТИ РОСОМАХИ в Коробке по Логану!


Читать еще…

Понравилась статья? Поделиться с друзьями: