Алекс изменился, и потом «жили они долго и счастливо»? – я недовольно хмыкнул: как повседневно и сказочно это все выглядит.

Если бы. Очень скоро он сломался. Лекси знала о его изменах, но снисходительно закрывала на них глаза, пока не застала Алекса с любовницей прямо в их квартире. Тогда Лекси спокойно дождалась ее ухода, напоила Пэйна снотворным и ушла.

Она вернулась к тебе?

Нет.

Что-то, тогда еще не понятное мне, перевернулось в ней – и она изменилась. Она устроилась официанткой в кафе, чтобы худо-бедно содержать снятую комнатушку. В свободное от работы время она увлеклась фаершоу и оружием. Мой ангел, любивший исключительно водную стихию и недосягаемые глубины космоса, начал постигать особенности владения огнем и орудиями убийства. Красота ее стала вызывающей, яркой. Она окружила себя поклонниками, богатыми ухажерами, при этом всех держала на одинаковой дистанции. Они волочились за ней, а она словно и не замечала их.

Но на этом Лекси не остановилась. Она начала подрабатывать внештатным журналистом, довольно быстро став востребованным репортером. Подработка в кафе стала скорее хобби, нежели реальным средством получения прибыли. Я следил за ней, Лекси это прекрасно знала, но не подпускала к себе. Лишь однажды, после закрытия кафе мы наконец-то смогли поговорить.

Это было осенью, когда начинает холодать и зима потихоньку отвоевывает свои владения. Начался ливень, который Лекси решила переждать под навесом кафе. Усталый вид, растрепанные волосы (а растрепанная копна ее рыжих волос привлекала меня еще больше), тоненькое пурпурное пальтишко, явно не рассчитанное на такую погоду. В свете фонарей она казалась еще более хрупкой. И главное – прежней. Моей любимой Лекси.

Я подошел к ней со спины, когда она выпускала пар на свет и сосредоточенно в него вглядывалась.

— Я ждала тебя. Рано или поздно нам надо было поговорить, — тихо произнесла она, даже не оборачиваясь.

— Я люблю тебя. Знаю, в последнее время ты часто слышишь подобные признания, но…

— Но лишь твое по-настоящему искреннее, Чак, — резко развернувшись, она прижалась ко мне, как прижимаются чем-то напуганные дети к взрослым.

— Счастливы мы с тобой быть не можем. Точнее, ты не будешь счастлив со мной. Я буду бесконечно уходить, возвращаться, я не хочу, не хочу портить тебе жизнь.

— Ты нужна мне.

— Ты у меня сильный, ты справишься, — приговаривала она, водя рукой по моим волосам.

— Прекрати решать за нас двоих! — ни с того ни с сего разозлился я. — Все было бы хорошо, если бы ты хоть раз спросила, чего хочу я! Мы бы справились вместе.

Все равно теперь слишком поздно что-либо менять. Сколько времени?

— Почти полночь.

— А с моими, представляешь себе, полная неразбериха, — растерянно улыбнулась она. – Они пошли вспять, и сейчас на них 21:37. Словно обратный отсчет. Глупость, конечно…

— Я боюсь тебя потерять.

— А я боюсь с тобой остаться. И что же нам делать? – прошептала она, грустно улыбнувшись.

— Завтра я все распишу тебе в подробностях. Ты работаешь?

— В дневную смену, Эми попросила подменить ее в первой половине рабочего дня.

— Я приду к тебе.

Она отдалилась от меня и начала вглядываться в плачущее небо, в безлюдные улочки.

— Может, ты прав. Может, еще не поздно… — с этими словами она встала на цыпочки, поцеловала меня в щеку и прошептала настолько тихо, что я едва расслышал их; тем не менее, в моей душе они звучали громогласно. – Я люблю тебя, Чак.

Дав понять, что разговор окончен, она свернула за угол. А я остался стоять с идиотской улыбкой 16-летнего парня и верой в то, что завтра все будет иначе.

IDIALBUM


Читать еще…

Понравилась статья? Поделиться с друзьями: